- Сообщения
- 4.633
- Реакции
- 5.055
Sic transit gloria mundi. Так проходит мирская слава. При жизни Марии Каллас эксперты говорили, что после нее опера уже никогда не будет прежней, а сегодня не все знают даже ее имя.
Крещеная как Мария Анна София Кекилия Калогеропулу, для зрителей она стала великой Марией Каллас. Однако перед тем, как покорить мир, артистке предстояло завоевать любовь собственной семьи. Дело в том, что мама Марии потеряла сына и испытала огромное разочарование, когда родила дочь.
Интерес к девочке у женщины проснулся лишь когда малышка начала достигать успехов в музыке. В пять лет она играла на фортепиано, в восемь ходила на вокал, а в 10 уже поражала комиссии конкурсов необыкновенным голосом.
Мать начала откровенно давить на девочку, заставляя ее добиваться совершенства во всем – внешнем виде, сценической технике и манере исполнения. Психологическая травма влияла на Марию до конца дней — она казалась себе слишком толстой, недостаточно талантливой и некрасивой.
Требовательность родительницы толкала певицу на авантюры - когда женщина перевезла дочь из Нью-Йорка в Афины, 13-летняя Каллас солгала директору Королевской консерватории о возрасте, прибавив себе три года, чтобы поступить на учебу.
В 16 Мария уже окончила заведение и выиграла главный приз в выпускном конкурсе, а в 19 впервые исполнила легендарную партию из «Тоски» Пуччини. В 1945-м певица вернулась в Нью-Йорк, где остался ее папа. Встреча была омрачена присутствием новой жены отца, которой, к тому же, не понравился вокал Каллас.
Следующие пару лет артистка ходила по кастингам, безуспешно пытаясь реализовать и, как сказали бы сейчас, монетизировать свой талант.
После двух лет неудач Мария познакомилась с Джованни Зенателло, который обеспечил ей роль Джоконды в одноименном произведении. Правда, не в Америке, где планировала строить карьеру артистка, а в Италии.
Так Каллас попала в амфитеатр «Арена ди Верона» под управлением Туллио Серафина. Тот уверенно ввел гречанку из США в мир большой оперы - она исполняла арии из «Нормы» и «Аиды», пела несовместимые в вокальном плане партии Брунгильды из «Валькирии» и Эльвиры в «Пуританах», и скоро критики заговорили о феномене Марии Каллас, о «четырех голосах, живущих в одном горле».
Певица была безумно талантлива, но в истории ее успеха не обошлось без помощи мужчины. В Вероне звезда познакомилась с местным промышленником Джованни Батистой Менегини.
Предприниматель был вдвое Марии, обожал оперу и искренне влюбился в Каллас. Представьте себе - чтобы посвятить себя продвижению дивы, Джованни продал свой бизнес.
В 1949-м они поженились. Менегини стал для певицы другом, покровителем, менеджером, партнером, однако разница в возрасте и отсутствие в отношениях искры делали его скорее родственником, заменившим отца, чем возлюбленным. Так или иначе, до поры до времени Каллас принимала чувства и внимание Джованни, за что тот был ей благодарен.
Туры по Италии ширились, а Мария становилась все более невыносимой для организаторов звездой, ведь требовала от партнеров и помощников такого же перфекционизма, каким отличалась сама. В Римской опере вокалистка исполнила сложнейшую партию Кундры из «Парсифаля», что не ускользнуло от внимания кинорежиссера Лукино Висконти.
Кумир молодежи 50-х решил поставить оперу с Марией, чье сопрано считал величайшим в мире. Чтобы перевоплотиться в настоящую Травиату, Каллас села на жесткую диету и за 11 месяцев сбросила 40 килограммов.
Эта метаморфоза в сочетании с артистичностью звезды, гением Висконти и партитурой Верди создали на сцене La Scala нечто невероятное. «После Каллас опера никогда не будет такой, как раньше» — писал после представления парижский критик Пьер-Жан Реми.
Но после пика всегда наступает спад, и для Марии он начался со скандала. В Риме певица заболела и отказалась выходить на сцену, но администрация настояла на выступлении. В итоге артистка едва справилась с первым актом, после чего немедленно уехала. Газетчики выставили все так, словно премьеру Каллас сорвала из-за банального каприза.
Затем звезда перенесла операцию, но несмотря на тяжесть состояния, вышла к зрителям La Scala. В самом конце перед ней рухнул железный занавес: это стало знаком, что больше в Милане артистке не рады. С тяжелым сердцем дива улетела в США, где продолжила блистать на различных площадках. Самое страшное началось, когда проблемы в карьере и личной жизни слились воедино…
Миллиардер Аристотель Онассис слыл ловеласом, постоянно крутившим интрижки, не особо старательно скрывая их от жены и матери двоих детей Тины. Супруга закрывала на романы глаза, так как они были мимолетными и не способными вырвать мужчину из семьи. Но когда Аристотель влюбился в Марию Каллас, Тина Онассис всерьез встревожилась.
Каждое выступление Марии превращалось в театрализованное шоу, и Аристотель, побывав на одной из опер, ошеломленно сказал другу, что эта женщина могла бы стать самой влиятельной в мире, если б выбрала профессию политика, а не певицы. С тех пор Онассис присылал Каллас огромные букеты, подписанные коротко: «от другого грека».
Их знакомство состоялось в 1957-м, на вечеринке. Аристотель выразил артистке свое восхищение и пригласил их с мужем отправиться в круиз на яхте «Кристина». Марию не прельщали развлечения, а миллиардер ее одновременно смущал и притягивал. После того, как грек посетил премьеру Каллас в «Ковент-Гардене» и организовал в честь нее огромный банкет, певица все же согласилась на морское путешествие.
Этот круиз навсегда перевернул жизнь артистки. Аристотель пустил в ход все свое обаяние, чтобы очаровать ее, а старик Менегини большую часть времени провел в каюте, страдая от морской болезни, что буквально развязало миллиардеру руки. В конце путешествия Мария честно призналась мужу, что без ума от Ари, поэтому им следует развестись.
Но если Каллас не знала полумер, то Онассис не был максималистом, рубившим с плеча, и медлил с расторжением брака. Получив желаемое, он стал пропадать неделями, а на публике позволял себе злобные шутки в адрес оперной дивы.
Мария поселилась в Париже, а Аристотель жил на острове Скорпиос, поэтому влюбленным приходилось тратить много времени на перелеты или встречаться на нейтральной территории. Они постоянно ругались, роль любовницы никак не могла удовлетворить женщину таких взглядов, как Каллас.
На переживания из-за романа с Онассисом наложились проблемы в карьере. Скандальные статьи о сложном характере портили репутацию певицы, а разрыв с «Метрополитен Опера» «Ла Скала» сократил число приглашений, но хуже всего, что артистка теряла голос.
От драматической колоратуры она перешла к меццо-сопрано, потеряв высокие ноты. Можно было бы списать все на стресс, однако впоследствии выяснилось, что большую часть жизни Мария страдала тяжелым системным заболеванием. Дерматомиозит поражает соединительную ткань и гладкую мускулатуру, ребра перестают двигаться при дыхании, изменяются голосовые связки, разрушаются суставы, а затем происходит и поражение сердца.
В конце 60-х Мария впервые в жизни не сумела вытянуть финальную арию, и это поставило крест на ее певческой карьере.
Руку помощи певице протянул Пьер Пазолини, которому как раз нужна была актриса с лицом античной богини. Она блестяще сыграла на экране Медею, воплотив греческую трагедию, в которую, по сути, превратилась и ее собственная жизнь.
Отношения Марии с Аристотелем рушились. Предметом ссор становилось как нежелание миллиардера жениться, так и его новые увлечения. К примеру, бизнесмен закрутил интрижку с сестрой Жаклин Кеннеди, Ли Радзивилл.
Незадолго до этого у Джеки и Джона умер новорожденный сын. Ли рассказала любовнику о горе сестры, и тот предложил привезти Жаклин на его яхту «Кристина», чтобы первая леди Америки отдохнула и развеялась.
То, что случилось на борту, потрясло и Ли, и Марию. Роман Аристотеля с Жаклин спасло от всемирной огласки лишь то, что он происходил на борту яхту, в открытом море.
После выстрелов в Далласе миссис Кеннеди стала вдовой и боялась новых покушений на семью, а Аристотель мог обеспечить ей безопасность и покровительство. Миллиардер начал открыто и нежно ухаживал за вдовой, но в то же время не отпускал и Марию.
Дошло до того, что в 1966 году 43-летняя певица забеременела. Онассис был не рад. Он заявил звезде, что у него и так есть двое наследников, и если дива надумает родить, он немедленно бросит ее. Каллас сделала аборт и, сидя в своей парижской квартире, услышала по радио о свадьбе Онассиса со вдовой Кеннеди.
Не смейтесь - после свадьбы Аристотель принялся вновь оказывать знаки внимания певице и даже грозился наложить на себя руки, если она его отвергнет.
Свидания в парижской квартире возобновились, и именно Мария утешала Аристотеля, когда в 1973-м в авиакатастрофе погиб его сын. Вскоре здоровье миллиардера ухудшилось, его положили в американский госпиталь, и хотя Жаклин запрещала впускать туда Каллас, в певица прорвалась к любовнику перед тем, как тот впал в кому.
В марте 1975-го миллиардер скончался, но Мария не посетила его похороны, так как не хотела быть второй женой у гроба.
Два года Каллас жила затворницей, почти не появляясь на публике, а в сентябре 1977-го умерла от инфаркта. Ей было всего 53, поэтому поклонники строили разные теории о причинах трагедии, даже поговаривали, что ее отравила подруга-пианистка по имени Вассо Деветци.
Но это просто сплетня, на самом деле жизнь великой оперной дивы Марии Каллас разрушил старый греховодник Онассис, миллиардер и самовлюбленный проходимец.
Мария Каллас, у ног которой лежал весь мир, потеряла все, ввязавшись в отношения с этим знаменитым греком, и лишь сама певица могла бы сказать, жалеет ли она, что когда-то ступила на палубу его злополучной яхты с красивым именем «Кристина».
